Орлуша, «Прo Анастасию Волочкову»

Я — Анастасия Волочкова,
Папа мой — Порфирий Волочков,
Жизнь моя сложилась бестолково:
Я влюбляюсь только в мудаков

Это — в смысле, я влюбляюсь телом.
Потому, что сердцем и душой
Я люблю свое по жизни дело,
В смысле, сцену и театр Большой

Так, о чем я это говорила?
А, так этих самых… мужиков
Я сперва как норок разводила!
Что на них, смотреть, на мудаков?

Кто-то скажет: Настя, это грубо!
Это — как бы, телом торговать!
В губы целовать людей за шубы,
И еще куда-то целовать!

Знаете, не надо придираться!
Я вам так, завистники скажу:
Мне зимою надо одеваться!
Что я, эту шубу, блядь, рожу?

И еще скажу вам по секрету,
Пусть не будет недомолвок тут:
Всех артисток нашего балета
Режиссеры просто так ебут!

Лебедей, Жизель и Донну Анну —
И солисток, и кордебалет,
Как бы это ни казалось странным,
Всех ебут с четырнадцати лет.

Вы на сцене лица их видали?
Грустные, печальные глаза?
Вы бы знали, сколько их ебали!
Извините, у меня — слеза…

На хуй мне сдалось такое счастье?
Участь бедных худосочных дам?
Я себе давно сказала: Настя,
Ты — как хочешь, я за так — не дам!

Может, просто я других умнее,
Или, может, просто я горда,
Просто я бесплатно — не умею!
Не могу, не стану никогда!

Секс в Большом буквально все решает
А иначе, я хочу спросить,
Кто бы мне сказал, что я — большая,
И меня, блядь, тяжело носить?

Да, банкиры иногда, бывает,
Говорят, что «Настю не поднять»,
Так они — на бабки намекают,
А не на красу мою и стать!

Это, блядь, запутанное дело,
Надо разобраться не спеша,
Не нужно мое Большому тело,
А банкирам не нужна душа

В общем, жизнь сложилась бестолково
Мир вокруг — жесток и бестолков.
Я — Анастасия Волочкова,
Папа мой — Порфирий Волочков

Орлуша, «Про случай с партизанами»

Смерть пармезана

Мы с тобою в России остались одни…

Мы О! какая крутая нация

ЧИТАЙТЕ: Вата против Ваты — ах… какое зрелище !

Вата против Ваты — ах… какое зрелище !